Жанр пьесы и жанр спектакля

Среди особенностей любой пьесы существенное место занимает ее жанровая природа. Жанр пьесы должен найти свое выражение в жанре спектакля, и прежде всего в манере актерской игры.

Но что же такое жанр?

Жанром мы называем совокупность таких особенностей произведения, которые определяются эмоциональным отношением художника к объекту изображения.

Если явления жизни, которые изображает художник, вызывают в нем ужас и сострадание, рождается трагедия; если они вызывают в нем негодование и смех, он пишет сатирическую комедию; если художник гомерически хохочет над тем, что он показывает, он создает буффонаду; если он ласково смеется, он творит водевиль.

Но не всегда отношение художника к изображаемой действительности бывает Жанр пьесы и жанр спектакля окрашено одним каким-нибудь чувством. Если изображаемые явления жизни сложны, многоплановы и непрерывно видоизменяются, то и жанр произведения оказывается сложным. Бывает, что герой в начале пьесы вызывает ужас и отвращение, потом насмешку, потом сострадание, потом ласковый смех, потом нежное сочувствие, потом за него становится больно и обидно, потом он заставляет нас хохотать и, наконец, вызывает слезы умиления и радости. Какой жанр может вместить такое богатство сменяющих друг друга отношений художника к непрестанно движущемуся, непрерывно видоизменяющемуся объекту изображения? А если при этом в пьесе показаны и другие, столь разнообразные жизненные явления и герои, что нет абсолютно никакой возможности установить к Жанр пьесы и жанр спектакля ним одно общее, одинаковое отношение? Если один смешон, другой трогателен, третий вызывает наше негодование... Как тут быть?

Ясно, что произведение искусства, стремящееся возможно более точно и полно отразить жизнь в ее сложности, в ее движении и развитии, не может претендовать на жанровую чистоту. Если жанровая характеристика неизбежно становится столь же сложной, как и сама жизнь. Правда, большей частью в этом сложном комплексе отношений можно прощупать основное, доминирующее отношение. Тогда мы говорим: такие-то жанровые особенности в данном произведении являются преобладающими — и в соответствии с этим строим спектакль.

Многие современные пьесы построены именно по этому принципу. И характерно, что, за немногим исключением Жанр пьесы и жанр спектакля, наибольший успех у зрителей выпадает именно на те пьесы, которые не отличаются жанровой чистотой. Они-то в большинстве случаев и являются наиболее значительными произведениями драматургии.

Многие критики и искусствоведы, находясь в плену исторически сложившихся драматургических традиций и канонов, осуждают современную драматургию за ее якобы неспособность создавать произведения определенных жанров. "Толи дело классика! — восклицают они.— Там комедия так комедия, драма так драма, трагедия так трагедия! У нас же большей частью нечто расплывчатое и неопределенное: "пьеса"! Или, как у Горького: "сцены"!"

С таким подходом к жанру, на мой взгляд, нельзя согласиться.

История искусства свидетельствует о постоянном стремлении передовых Жанр пьесы и жанр спектакля деятелей искусства ко все большему приближению к жизни. Огромных успехов на этом пути достигли великие реалисты XIX столетия. Критический реализм Бальзака и Льва Толстого, Гоголя и Островского, Мопассана и Чехова казался вершиной возможных достижений в области реалистического искусства.



Однако современное искусство выдвинуло задачу еще более глубокого, полного и разностороннего отражения жизни в ее развитии. От художника потребовалось умение раскрывать законы жизни, показывать каждое явление в его обусловленности процессами общественного развития, в сегодняшнем дне видеть и раскрывать завтрашний и таким образом заглядывать в будущее.

Но едва ли художник, который захочет отразить жизнь во всем ее богатстве и противоречивости, во всем Жанр пьесы и жанр спектакля многообразии ее красок и проявлений, сможет втиснуть ее в узкие границы "чистого" жанра, уложить на прокрустово ложе условных эстетических канонов. Только ломая омертвелые каноны и преодолевая устаревшие, можно достигнуть максимального приближения к жизни, в которой смешное переплетается с серьезным, низменное с возвышенным, ужасное с трогательным, ничтожное с великим и потрясающим.

Ошибочно думать, что жизнь дает искусству только содержание, а форма диктуется имманентными, из природы самого искусства проистекающими законами. Это — пагубное заблуждение! Все элементы художественной формы вместе с содержанием даются жизнью и эволюционируют вместе с ней. Старое представление о сюжете, о драматической интриге, о сценическом действии и т. п. ломается, потому Жанр пьесы и жанр спектакля что жизнь поставляет такие сюжеты и драматические конфликты, о возможности которых раньше никто не подозревал.

Впрочем, новое искусство корнями своими уходит в великолепное прошлое культурных традиций. Не случайно Пушкин в качестве образца выдвинул именно Шекспира, умевшего в пределах одной пьесы сочетать "высокое" и "низкое", смешное и трагическое. Или вспомним Чехова. Большую часть своих пьес он с удивительной настойчивостью, не желая слушать никаких возражений, называл "комедиями". Но сколько в этих комедиях лирики, грусти, а подчас и самых трагических нот! Или, например, пьесы Горького. Какое в них сложное сплетение жанров, как часто здесь смешное переходит в трагичное и наоборот!

Или возьмем водевиль. Выступая Жанр пьесы и жанр спектакля в этом жанре, многие знаменитые русские актеры не испытывали полного удовлетворения, если им не удавалось вместе со смехом вызвать и слезы. Это своеобразная черта именно русского национального театра. Заставить зрителя смеяться в трагедии и плакать в водевиле — драгоценная способность русского актера и русской драматургии.

Но каким бы ни был жанр пьесы — простым или сложным, режиссер обязан реализовать в спектакле все ее жанровые особенности. А для этого он сам должен глубоко и искренне пережить все отношения, все чувства автора к предмету изображения: его любовь и ненависть, его боль и презрение, его восторг и нежность, его гнев и Жанр пьесы и жанр спектакля негодование, его насмешку и печаль.

Форма призвана выражать содержание и, следовательно, определяется всем богатством и всеми особенностями содержания. Но складывается она всегда под воздействием эмоционального отношения художника к объекту изображения. А это отношение, как уже было сказано, и определяет жанр произведения.

Только глубоко и страстно переживаемое режиссером отношение к изображаемому способно обеспечить остроту, яркость и выразительность формы. Равнодушие к изображаемой жизни рождает или бледную, жалкую натуралистическую форму внешнего подражания жизни, или формалистическое кривлянье и всевозможные выверты.

Глубоко переживаемое режиссером отношение к тому, что отразилось в данной пьесе, непременно подскажет или даже продиктует ему необходимые в данном случае приемы внешней выразительности Жанр пьесы и жанр спектакля и нужные сценические краски, а они в своей совокупности и определяют жанровое лицо спектакля.

При этом, нужно заметить, что не всегда отношение режиссера к изображаемому полностью совпадает с отношением автора. Жанровая природа пьесы и спектакля в этих случаях частично может и не совпадать.

Однако это несовпадение законно только в тех случаях, когда в его основе лежит различие лишь в оттенках тех чувств, которые вызывает изображаемая действительность у автора и у театра. Если же различие является коренным, если, попросту говоря, режиссера радует то, что автора огорчает, и наоборот, то данную пьесу данному режиссеру вовсе не следует ставить.

В истории Жанр пьесы и жанр спектакля театра известен факт, который может служить отличной иллюстрацией к сказанному. Речь идет о двух постановках комедии М. Метерлинка "Чудо святого Антония". Обе эти постановки были осуществлены Е. Б. Вахтанговым. В первый раз Вахтангов поставил пьесу выдающегося бельгийского писателя в 1917 году, незадолго до Великого Октября, второй раз — после Октябрьской революции.

Объект осмеяния в этой комедии — буржуазное общество, с его лицемерием, ханжеством, корыстолюбием и прочими "достоинствами". Юмор у Метерлинка в этой пьесе безобидный, добродушный, незлобивый. Это даже не смех, а только улыбка. Именно это отношение автора, эту мягкую, добродушную улыбку Вахтангов и положил в основу своей первой постановки. Получилось живое, довольно забавное Жанр пьесы и жанр спектакля зрелище, весело и правдиво разыгранное молодыми артистами Вахтанговской студии. Но ничего особенно яркого, выходящего за пределы обычной формы иронической комедии в этом спектакле не было. Основным принципом его режиссерского решения оставалось требование простого жизненного правдоподобия.

Совсем другой характер носил второй вариант постановки. Под влиянием нового умонастроения, которое родилось под воздействием революции, у Вахтангова появилось и новое отношение к той общественной среде, которая показана в пьесе, — гораздо более суровое, презрительное, гневное. Оно заставило режиссера радикально пересмотреть спектакль. В результате родился знаменитый вахтанговский гротеск, насыщенный глубоким сатирическим содержанием. Появились новые краски, яркие, острые, предельно выразительные. Возникла новая манера актерской игры, построенная Жанр пьесы и жанр спектакля на необычайной отточенности каждого движения, каждого жеста, каждого штриха.

В результате метерлинковская комедия из иронической превратилась в остросатирическую. Но важно отметить, что спектакль при этом нисколько не утратил своей органичности. Это качество сохранилось потому, что конфликта между автором и режиссером не возникло. Метерлинк изобразил данную общественную среду с явно отрицательным к ней отношением, хотя и окрашенным в мягкие тона добродушной иронии. Вахтангов не противопоставил авторскому отношению какое-то новое, радикально иное, — нет, он только усилил, развил, углубил это отрицательное отношение, насытив его большей эмоциональной активностью, большей страстностью отрицания.

Совсем другой получился бы результат, если бы отношение Метерлинка к Жанр пьесы и жанр спектакля изображаемой действительности было положительным, а режиссер поставил бы его пьесу как сатиру. В этом случае органичность спектакля, а следовательно, и его убедительность не были бы достигнуты.

Содержание, форма и мастерство

Вдумываясь в проблему связи между содержанием и формой спектакля, нельзя не прийти к заключению, что есть только один надежный способ нахождения наилучшей, неповторимой, единственной формы сценического воплощения, которая с предельной полнотой и точностью выражала бы содержание пьесы. Этот способ состоит в том, чтобы доводить в своем сознании и в своем сердце до степени ослепительной ясности, абсолютной точности идею всей пьесы, а также мысль, вложенную в каждую сцену, в каждый кусок и фразу Жанр пьесы и жанр спектакля авторского текста, — а вместе с этой мыслью и рожденное ею эмоциональное отношение к данному факту, событию, действующему лицу.

Искомое решение формы спектакля всегда лежит в содержании. Но чтобы его найти, нужно нырнуть до самого дна: плавая на поверхности, ничего не обнаружишь! Чтобы ответить на вопрос "как?", необходимо предварительно ответить на два вопроса: "что?" и "для чего?" Что я хочу сказать данным спектаклем (идея) и для чего мне это необходимо (сверхзадача)? — дайте ясный, четкий и до конца искренний ответ на эти два вопроса, и тогда естественно разрешится третий: как?

Расплывчато, приблизительно найденное содержание рождает неточную, расплывчатую и маловыразительную Жанр пьесы и жанр спектакля форму. Когда же содержание — идея, мысль и чувство — доведено в сознании художника до такой ясности, что оно пламенем заключенной в нем истины обжигает его душу, потрясает все его существо, тогда — и только тогда! — содержание находит для себя в творческой фантазии художника наглядное, конкретно-образное, чувственное выражение. Так рождается творческий замысел спектакля, так возникает сценическое решение той или иной сцены, так находится каждая режиссерская краска.

Только органически рожденная, а не надуманная форма оказывается по-настоящему новой и оригинальной, единственной и неповторимой. Форма не может быть привнесена извне, со стороны, — она должна вылиться из самого содержания.

Ошибочными являются попытки создать форму на основе театрально Жанр пьесы и жанр спектакля-исторических реминисценций, путем реставрации или хотя бы даже реконструкции ранее существовавших сценических форм и приемов. Новое содержание требует новых форм. Поэтому каждый спектакль приходится решать заново.

Мы изучаем историю театра не для того, чтобы потом использовать отдельные, уже найденные приемы сценической выразительности. Эти приемы хороши были в свое время и на своем месте. Мы изучаем историю театра для того, чтобы полученные знания перебродили, переработались в сознании и сделали плодоносной ту почву, на которой будут произрастать новые цветы. Не механическое заимствование старых форм и приемов, а органическое овладение всем богатством театральной культуры прошлого и непрестанное созидание на этой основе новых Жанр пьесы и жанр спектакля форм и приемов сценической выразительности, — таков путь дальнейшего развития театрального искусства.

Необычайная, беспрецедентная в истории человечества жизнь нашей страны непрестанно рождает новое содержание. Дайте этому содержанию развиться в вашем сознании — и оно натолкнет вас на ту новую форму, при помощи которой, опираясь на театральный опыт прошлого, можно выразить это содержание с предельной полнотой и яркостью.


documentaogtrrd.html
documentaogtzbl.html
documentaoguglt.html
documentaogunwb.html
documentaoguvgj.html
Документ Жанр пьесы и жанр спектакля